Cобрание исполнений

 

Бакинские музыкальные фестивали М.Ростроповича

становятся событием международного масштаба

 

Недавно завершившийся в Баку III фестиваль Мстислава Ростроповича, явив созвездие блистательных музыкантов и высокий исполнительский класс, продемонстрировал и тот уже никем не оспариваемый факт, что становится событием международного масштаба. Именно об этом и публикация в последнем номере популярного российского журнала Итоги, который предлагаем вниманию читателей.

Великому музыканту повезло родиться в правильном климате. В декабрьском Баку зеленеет трава, а рядом с филармонией цветут розы, навевая ориентальные сантименты. Легкий оттенок сентиментальности был и в ауре фестиваля: на концерты ходили семьями, фойе облагораживали репринты старых афиш и фотографий, в том числе и знаменитое фото породистого красавца Леопольда Ростроповича с младенцем Мстиславом, уложенным в футляр виолончели. Однако в афише не было ни сентиментальности, ни домашности только высокие мировые стандарты.

За семь дней на фестивале играли Пинхас Цукерман и English Chamber Orchestra, Давид Герингас и Ксавье Филипс, Юрий Башмет с Новой Россией и Максим Венгеров с Государственным симфоническим оркестром Азербайджана, пела пуччиниевскую Тоску плеяда солистов во главе с Бадри Майсурадзе и Сильвио Заноном, удивляли молодые звезды, только входящие в исполнительскую элиту. Вольноприхотливое собрание сочинений от венских классиков до Прокофьева и Узеира Гаджибекова не исключало и первенства виолончели в честь Ростроповича четыре абсолютно непохожих мэтра cello заставили зал трепетать.

Но даже в таком богатом контексте несколько концертов стоит выделить. Легендарный English Chamber Orchestra, тот самый, чьим первым руководителем был Бенджамин Бриттен, играл дважды. В первый день его несколько загородил блистательный Пинхас Цукерман в до-мажорном Концерте для скрипки с оркестром Гайдна, хотя он мог спрятать в тень кого угодно. Но во второй вечер удалось расслышать и солирующего пианиста Филиппа Копачевского, трепетно и тонко трактовавшего Моцарта, и собственно оркестр, по-английски правильный даже в Зигфрид-идиллии Вагнера. В Первой симфонии Бетховена он даже не выглядел камерным, показав не характерную для российских оркестров аккуратную мощь звучания. К тому же в игре English Chamber был безумно обаятельным, если так можно сказать об оркестре. Впечатлил и звучавший в финале бетховенский Концерт для скрипки, виолончели и фортепиано с оркестром, где достойно державшийся Государственный оркестр Азербайджана вел Максим Венгеров, тщательно отрабатывающий новую дирижерскую стезю.

Перспективы у фестиваля Ростроповича очень неплохие. Уже понятно, что фест имени знаменитого земляка стимулирует в городе интерес к академической музыке и вообще к искусству, а поскольку древний Баку сегодня стремится стать туристическим и культурным центром Востока и имеет для этого финансовые возможности, фестиваль пришелся очень кстати. Потому не кажутся фантастическими ни будущие амбициозные афиши со списком мировых звезд (Зубин Мета и Израильский филармонический оркестр, знаменитая Венская филармония), ни идея собственного фестиваль-холла, которая не дает теперь покоя арт-директору Ольге Ростропович. У фестиваля есть для этого все основания.

 

 

Лейла ГУЧМАЗОВА

 

Азербайджанские известия. 2009. 23 декабря. С. 3.