Многоцелевое стратегическое партнерство

 

Что дадут переговоры в рамках VI Каспийского саммита

 

В столице Туркменистана Ашхабаде состоялся  VI Каспийский саммит, в решающей стадии которого приняли участие президенты Азербайджана, России, Ирана, Казахстана и  Туркменистана. 

Динамику многостороннему формату придала Конвенция о правовом статусе Каспийского моря от 12 августа 2018 года, поставившая точку в многолетних спорах о правовом режиме сотрудничества прибрежных государств. И хотя до восклицательного знака еще далеко, намечены прорывные направления во всех сферах регионального партнерства. 

Дорогу  осилит идущий 

История государственной независимости стран постсоветского пространства показала, что руководство Азербайджана и Казахстана изначально было готово превратить Каспий в бесконфликтную акваторию, но в силу определенного политического разночтения Конвенция родилась в результате длительного и весьма сложного переговорного процесса, сопровождавшегося упорными и принципиальными дебатами по каждому вопросу, требовавшему правового урегулирования. Иными словами, некоторым участникам процесса не нравилось, что они не были абсолютными бенефициарами «Контракта века», а нефтедоллары не оседали в их банках, как это было в советские времена. Кроме того, согласование и подписание рамочного документа означало открытие новых направлений в геополитике, так как раньше море, по Туркманчайскому договору, принадлежало царю, затем оно было поделено между Россией и Ираном соглашением от 1921 года, и далее - между СССР и Ираном соглашением от 1940 года, положения в которых ограничивались регулированием вопросов судоходства и рыболовства.

Потому им и не нравилась независимая политика и укрепление суверенитета, прежде всего, Азербайджана, который откровенно не зависел от былого телефонного права и волен был привлекать к собственным проектам, помимо стран СНГ, братскую Турцию, Евросоюз, США, Израиль. И это правильно, ибо таковы современные реалии - и с ними надо считаться. 

Официальный Баку около четверти века доказывал, что его инициативы вполне соответствуют нормам международного права и не направлены против интересов третьих стран. Однако каждый раз ставились под сомнение постулаты недропользования в границах своих секторов, проведенных по дну Каспия, хотя это является суверенным правом каждого прикаспийского государства. И никто не имеет права запрещать прокладывать магистральные трубопроводы и кабели по дну моря, конечно, при условии строгого соблюдения международных экологических требований и стандартов, без ущерба окружающей среде. 

Политическое руководство страны проделало немало работы для того, чтобы можно было отдельно договориться с каждой недовольной стороной - например, с Туркменистаном, нуждающимся в диверсификации маршрутов транспортировки огромных запасов природного газа. Так, бывшему оппоненту был предложен вариант согласования трассы для прокладки трубопровода «только со стороной, через сектор которой будет пролегать маршрут», что в переводе означает следующее - «кроме Ашхабада и Баку, никто не вправе вмешиваться в строительство и последующее подсоединение Транскаспийского газопровода к европейской транспортной системе. Ирану, страдающему от санкций, был предложен свободный транзит всеми транспортными средствами из Каспийского моря к другим морям, включая Мировой океан и обратно, что могло бы создать благоприятные возможности для экономического развития и регионального сотрудничества в области торгово-экономических отношений и транспорта. 

 

Преодолев часть претензий соседних государств, нам удалось создать предпосылки для фундаментального сотрудничества со странами, с которыми, казалось бы, невозможно договориться в принципе. Теперь с Туркменистаном мы имеем договор о совместной разведке, разработке и освоении углеводородных ресурсов месторождения «Достлуг» в Каспийском море, которое когда-то было основным «яблоком раздора» между Баку и Ашхабадом. Налажена единая транспортная система, включая бесперебойное автомобильно-паромное и железнодорожно-паромное сообщение между морскими портами двух стран. Особого внимания в сотрудничестве в данной области заслуживает международный транспортный коридор из Афганистана в Турцию (так называемый «Ляпис-Лазули») на европейском маршруте. Более того, умение политического руководства Азербайджана наводить мосты и создавать взаимовыгодный трек позволило представить и иные направления сотрудничества, такие как сельское хозяйство, промышленность, наука, образование, здравоохранение, туризм, культура и спорт в качестве ключевых направлений многопланового диалога, с постепенным набором оборотов в гуманитарной сфере. 

И таких примеров немало, когда внешнеполитическому ведомству и экспертному сообществу приходилось прикладывать неимоверные усилия для выработки общего стремления к решению нерешаемых, поначалу, проблем, в русле конструктивизма и полного взаимопонимания участников договоренностей. 

Для того, чтобы примерно оценить степень сложности переговоров, обратимся к статистике. Политические и территориальные компромиссы сложились за четверть века в итоге пяти саммитов, семи совещаний глав МИД прикаспийских государств, пятидесяти двух заседаний специальной рабочей группы по разработке Конвенции, не считая регулярно проводившихся консультаций, официальных и неформальных встреч сторон в различных форматах. Теперь в сухом остатке можно констатировать, что к нынешнему саммиту стороны подошли не с чистого листа, и, хотя им еще есть что обсудить, точек соприкосновения между ними гораздо больше. 

Становой хребет  выработки  единых решений 

Не зря принятую четыре года назад Конвенцию называют «Конституцией Каспийского моря», поскольку она стала основой сбалансированной международно-правовой системы взаимоотношений прибрежных государств. Речь идет о вполне объективной оценке, так как подписание и имплементация положений знакового документа расценены всей международной общественностью, включая генерального секретаря OОН, и мировыми медиа как торжество многосторонней глобальной дипломатии в условиях турбулентности межнациональных отношений. 

Данным международным договором закреплены базовые принципы деятельности, определены права и обязательства сторон в отношении использования Каспия, включая его воды, дно, недра, природные ресурсы и воздушное пространство над ним. Кроме того, договором о правовом статусе крупнейшего в мире межконтинентального озера разграничены национальные зоны юрисдикции и суверенитета, установлены порядки осуществления суверенных прав на недропользование, мореплавания, рыболовства, проведения морских научных исследований в зонах с различным правовым режимом, урегулированы вопросы сотрудничества в сфере безопасности, а также по сохранению и рациональному использованию водных биологических ресурсов при условии защиты морской среды. 

В соответствии с Конвенцией, решение вопросов, касающихся Каспийского моря, отнесено к исключительной компетенции сторон и осуществляется на основе уважения суверенитета, территориальной целостности, независимости, суверенного равенства государств, неприменения силы или угрозы силой, взаимного уважения, сотрудничества, невмешательства во внутренние дела друг друга. Положительному результату в основополагающей сфере предшествовали заявления, например, иранской стороны «о несправедливости деления береговой линии, однако непростые переговоры по разделу водного пространства Каспия завершились достижением взаимоприемлемых договоренностей, согласно которым морская акватория разграничивается на внутренние, территориальные воды, рыболовные зоны и общее водное пространство, где будут действовать различные правовые режимы. 

Прикаспийские государства согласились установить морские государственные границы по внешнему пределу пятнадцатимильных территориальных вод,  также определены десятимильные рыболовные зоны, примыкающие к территориальным водам, с исключительными правами государств на промысел биологических ресурсов. 

Одно из главных совместных достижений - это беспрепятственное пользование водной поверхностью судами, ходящими исключительно под флагами государств «каспийской пятерки». Особое внимание в Конвенции уделено вопросам безопасности на Каспийском море - иными словами, коллективно сформулирован принцип, касающийся «обеспечения стабильного баланса вооружений сторон, военного строительства в пределах разумной достаточности, без нанесения ущерба безопасности друг другу». Этот принцип сплетается, в том числе, с договоренностью использовать регион только в мирных целях, чтобы превратить его в зону добрососедства, дружбы и сотрудничества. 

Самое главное - несмотря на мелкие разногласия, сегодня прибрежными государствами сообща выстроен крепкий каркас системы взаимоотношений в различных областях. Как говорится, были бы кости, мясо нарастет. Очевидно, Конвенция еще долго будет дополняться деталями, расширяясь новыми необходимыми документами, как и любая конституция, но уже имеется твердый задел для пятистороннего партнерства во имя развития обширного региона. 

В то же время этот документ, играя роль фундаментальной правовой базы, формирует более широкие рамки для разнопланового отраслевого сотрудничества прибрежных государств и демонстрирует вступление отношений между ними на качественно новый этап. С этой точки зрения, упомянутая платформа вносит значительный вклад в независимость нашей страны и закрепление ее суверенных прав на Каспийском море. 

 

Хюгуг САЛМАНОВ

 

Бакинский рабочий.-2022.- 30 июня.- С.1;3.