Страсть, Любовь или Зависимость

 

Серьезный и необычный этап  для Айдан Гасанзаде в профессии

 

На малой сцене Азербайджанского государственного театра юного зрителя (ТЮЗ) состоялась премьера моноспектакля «Равнодушный любовник», поставленного ArtStudiо по пьесе французского драматурга Жана Кокто «Равнодушный красавец». Режиссер-постановщик, сценическое и музыкальное оформление - Айдан Гасанзаде. В ролях - Айдан Гасанзаде и Мамедага Алили Джанзаде.

Примечательно, что Азербайджанский ТЮЗ часто радует зрителей интересными и необычными моноспектаклями, в которых играют одаренные особым талантом и немалым сценическим опытом актеры. Моноспектакль возлагает на них огромную ответственность, здесь необходимы особые актерские и человеческие качества, физическая выносливость и психологическая выдержка, невероятное чувство сцены и умение управлять собой, ведь актер в одиночку несет на своих плечах всю нагрузку спектакля.

С целью обогащения репертуара малой сцены в ТЮЗе создана ArtStudiо, деятельность которой направлена на совершенствование сценического мастерства молодых актеров, режиссеров и театральных художников, а также творческой молодежи. В этой студии занимаются не только студенты или выпускники с профильным образованием, но и любители, обладающие творческим потенциалом, проводятся мастер-классы, дискуссии, ставятся спектакли. Пионерами в этом направлении выступили актриса Айдан Гасанзаде со спектаклем «Равнодушный любовник» по Ж.Кокто и Мушвиг Алиев с постановкой «Спустя 35 лет».

«Равнодушный красавец» написан Жаном Кокто специально для знаменитой французской певицы Эдит Пиаф. Первое представление спектакля состоялось в 1940 году в театре «Буфф-Паризьен».

…Убогая комната в гостинице, освещенная уличной рекламой. Диван-кровать. Граммофон. Телефон. Тесная ванная. Афиши.

Актриса одна, одета в маленькое черное платье... Смотрит в окно, бежит к двери, взглянуть на лифт, потом садится возле телефона, ставит пластинку с собственной записью и тут же ее останавливает…

Так начинается грустный рассказ о женщине, которая всеми силами отчаянно цепляется за свое счастье, пытаясь удержать любимого мужчину. Начинается безудержный и эмоционально густо окрашенный монолог, в котором она, с одной стороны, обвиняет его в изменах и лжи, признается в любви и обещает больше его не ревновать, а с другой, - угрожает убить его, вновь закатывает сцены ревности, истерически крича, надрывно плача и внезапно, обессиленная, затихает. Зритель понимает, что это крик души женщины, страсть которой превратилась в болезненную зависимость, без которой она не мыслит своей жизни. Певица инстинктивно осознает, что сила мужчины - в ее любви, против которой она бессильна. Ревность мучила ее даже тогда, когда он улыбался во сне. Она ненавидела тех, кого он видел, и часто будила, стараясь разлучить его с другой во сне.

…Накинув пиджак, Эмиль направился к двери, не обращая внимания на Люси, которая зависла, обхватив его сзади руками и умоляя на коленях не оставлять ее. Он открыл было дверь… но повернулся.

Айдан Гасанзаде в этой постановке проявила себя сразу в нескольких амплуа: сыграла главную роль героини, выступила режиссером-постановщиком, а также автором сценического и музыкальное оформления.

Премьера была тепло встречена зрителями, заслуженный деятель искусств Мехрибан Алекперзаде, выйдя на сцену, поздравила творческий коллектив с прекрасной работой, пожелав дальнейших успехов.

Говоря о том, как проходила подготовка к спектаклю и какие трудности поджидали в процессе сценического воплощения столь сложного произведения, актриса и режиссер Айдан Гасанзаде призналась, что впервые исполняет роль такого рода и воспринимает ее как интересный и редкий профессиональный опыт, хотя в кино такой опыт у нее уже был.

- Надо признать, что рассказ Жана Кокто с психологической точки зрения очень сложен даже для чтения, не говоря об исполнении. Как вы, молодая актриса, решились сыграть эту роль в моноспектакле, взяв на себя всю нагрузку и ответственность?

- Вы правы, само произведение воспринимается неоднозначно, а на сцене, где героиня находится в непрекращающемся лихорадочном движении и мечется  из одного конца комнаты в другой, мне было, конечно же, нелегко. В этой работе мне открылись редкие знания, которые невозможно было увидеть и освоить в других сценических обстоятельствах. Спектакль «Равнодушный любовник» стал для меня очень серьезным и необычным этапом в профессии.

- В спектакле мы увидели некоторые изменения литературной основы, где Эмиль все-таки оставляет женщину и уходит, на протяжении всего ее эмоционально противоречивого и долгого монолога не проронив ни слова и даже заснув под этот нервозный «аккомпанемент». Он произносит несколько ничего не значащих фраз. Не думаете ли вы, что его роль и присутствие на сцене были бы более красноречивыми, если бы он молчал до конца, демонстрируя полное безразличие, которое отнюдь не было молчаливым спокойствием?

- Верно, однако как режиссер я хотела в некотором смысле оживить Эмиля, потому что во всех просмотренных мной постановках, которые были осуществлены по этому рассказу Ж.Кокто до настоящего времени, он пренебрежительно молчал и в конце покидал певицу. Но как режиссер я нашла причину, которая удерживала Эмиля возле женщины и заставляла его каждый раз возвращаться к ней в этот дешевый номер отеля и терпеть ее несносный характер. Его уход означал конец ссорам, сценам ревности, обвинениям и истерикам, но, поскольку он был альфонсом и существовал за счет доходов певицы, его удерживали только ее деньги.

- Интересная и, в принципе, логическая трактовка…

- Именно деньги и были его ахиллесовой пятой. Я пыталась показать взаимозависимых друг от друга людей и вначале даже хотела изменить название спектакля на «Зависимость», потому что отношения этой пары не укладывались в общепринятые рамки и понятия, это не было любовью, хотя женщина с ее маниакальной страстью и болезненностью восприятия измен мужчины была на грани помешательства. Мне как режиссеру было неинтересно, когда мужчина, молча и без слов приходил к женщине, терпел ее ссоры и уходил с ее же деньгами в кармане. Найдя ответ такого поведения, я как бы оправдала его визиты, и, думается, такая режиссерская интерпретация этого произведения происходит впервые. В спектакле я оставила Эмиля рядом с женщиной, зритель понял его слабость, а женщина вышла победителем в этом конфликте, несмотря на все унижения, которым она подвергала саму себя.

- Сложно ли было режиссировать саму себе в единственной и главной роли, взвалив столь тяжелую физическую, эмоциональную и психологическую ношу? Удавалось ли видеть себя со стороны или вас консультировал более опытный режиссер?

- Вы правы, это было очень нелегко, потому что, находясь на сцене, приходилось мыслить как режиссер, - с какой стороны пойдет свет или в какой момент зазвучит музыка и т.д. Одновременно приходилось думать о своей роли и вживаться в нее, поэтому получалось так, что на сцене я была режиссером и актрисой, а при таком раскладе ответственность возрастала вдвое. В постановках других режиссеров я как актриса чувствую себя достаточно комфортно, а здесь необходимость держать все компоненты сценического процесса под контролем не отпускает человека. В конечном счете, этот опыт действительно был для меня в высшей степени исключительным.

- Знаете, мне подумалось, как хорошо, что рассказ Жана Кокто по объему небольшой, потому что выдержать вживую монолог обезумевшей от страсти, обиды и ревности женщины было бы почти невозможно. А если принять во внимание тот факт, что роль исполняла молодая актриса, кажется фантастикой, что она выдержала столь напряженный и тяжелейший груз. Это стало для меня как зрителя своеобразным открытием.

- Благодарю. Что касается помощи со стороны, то в процессе постановки я консультировалась со своим руководителем курса в университете, заслуженным деятелем искусств Мехрибан Алекперзаде, которая направляла меня своими советами, за что я выражаю ей свою безмерную признательность.

- Спасибо за интересную беседу и желаем вам еще более ярких ролей!

 

Афет ИСЛАМ

 

Бакинский рабочий.-2023.- 11 июля.- С.8.