Легенда азербайджанской живописи

 

Когда современность преклоняется перед традицией

 

Жил в советском Баку художник с необычайно богатым и насыщенным, в чем-то даже таинственным миром творчества. Еще при жизни о нем ходили легенды. Это был творческий человек до мозга костей, но его пытались втиснуть в прокрустово ложе господствовавшего в ту пору «соцреализма», долгое время не допускали в выставочные залы. Но обуздать эту неукротимую натуру было не так-то просто, никакими мерами невозможно было заставить его свернуть с избранного пути. Это Мирджавад Мирджавадов (1923-1992), который сохранился в памяти как подвижник искусства.

 

В чем же была его вина? Почему против него ополчались порой чужие, а очень часто и соотечественники? В сущности, это результат неготовности увидеть и принять новое и непривычное. Обратимся к жизненному пути этого незаурядного художника.

 

Начало

 

В 50-60-е годы среди народов СССР появились отдельные личности, которые стали выражать несогласие с насаждаемыми сверху идеями социализма. Были такие критически настроенные и в Азербайджане. Первым азербайджанским диссидентом стал художник Мирджавад Мирджавадов.

Уже в годы учебы в Азербайджанском государственном художественном училище им.А.Азимзаде он случайно познакомился с репродукциями картин Пола Сезанна, чье имя сегодня входит в золотую книгу мировой живописи, в стиле постимпрессионизма. Молодой художник был поражен столь необычной трактовкой жизненных событий, которую он застал в картинах Сезанна. Теперь для него «социалистический реализм», по которому их каждый день натаскивали, на фоне аналитической живописи смотрелся серо и буднично. Под впечатлением от работ Сезанна Мирджавад даже на время прервал учебу и создал несколько подражаний на репродукции, сделав попытку взглянуть на родной край под «французским» углом зрения. Потом он, правда, по настоянию родителей и друзей окончил-таки училище ради диплома, но когда его отправили в Ленинград на учебу в Институте живописи, скульптуры и архитектуры имепина, он в последний момент отказался, понимая, что и там попадет в ту же затхлую идеологическую атмосферу, и направился в Эрмитаж - изучать Пола Сезанна.

В то время по идеологическим соображениям в общедоступной экспозиции музея были представлены лишь немногие картины этого мастера. Поэтому Мирджавад знакомился с произведениями Сезанна в закрытых для широкого круга посетителей фондовых помещениях, что стоило ему немалого труда. Обращение его к директору за разрешением было выдержано в тоне не столько просьбы, сколько ультиматума: «Или вы позволите мне взглянуть на Сезанна, или я вас убью». И надо отдать должное директору, который понял чувства молодого человека и разрешил ему изучать в фондах произведения Сезанна и других представителей прогрессивных течений в искусстве, даже снимать копии.

Это, конечно, радовало начинающего азербайджанского художника, но морального удовлетворения не приносило. Чувствуя, что не нашел еще того, что искал, он принимает решение вернуться в Баку, однако и здесь не сумел найти себя. Почти 10 лет Мирджавад провел на даче одного из знакомых в поселке Бузовна, осуществляя различные эксперименты, создавая композиции по большей части в духе абстрактной живописи. Постепенно разговоры о его «неуместных» новшествах разносятся по Баку, в том числе по коридорам партийных органов, отвечающих за идеологическую «чистоту». Владелец дачи, профессор одного из вузов, преподававший историю КПСС, также счел творческие искания молодого художника чем-то антисоветским и попросил покинуть его дом. Таким образом, и без того непростое внутреннее состояние Мирджавада усугубилось неурядицами чисто бытового характера. Но, как известно, нет худа без добра. В 37 лет Мирджавад отправился в Гобустан знакомиться с наскальными рисунками, а вскоре после этого стал изучать и постигать азербайджанское искусство миниатюры, мифологию и традиции народного ремесла. Все это позволило ему значительно вырасти как художнику.

 

Счастливая встреча

 

Полоса материальных и моральных трудностей в жизни Мирджавада Мирджавадова оказалась затяжной, она продолжалась до середины 80-х. Все изменил счастливый случай. Осенью 1985 года выдающийся писатель современности Чингиз Айтматов приехал в Баку на юбилейные торжества своего товарища по литературному творчеству Бахтияра Вахабзаде и в числе прочих мест посетил мастерскую М.Мирджавадова. Уходя, писатель сделал в книге отзывов следующую запись: «Скажу откровенно, что я до сих пор не встречал такого мастерства в передаче трагичности и сатанизма. Эти табло ни на миг не уходят из поля зрения. Сумеем ли мы оценить их по достоинству?»

После этой встречи художник обратился в ЦК, и через два года в Баку открылась первая персональная выставка 64-летнего мастера…

 

Мир искусства художника

 

Произведения Мирджавада Мирджавадова несут в себе своеобразное сочетание традиций и современности, и в силу этого способны удовлетворять самым строгим требованиям мирового искусства. Присутствующие в его картинах ярко выраженное возвращение к корням, стремление представлять старинные мотивы в современной форме можно сравнить с мугамными импровизациями замечательного азербайджанского джазмена и композитора Вагифа Мустафазаде. Мотивы из народного фольклора, старинные обычаи и традиции, а также свой протест против равнодушия к угрозе войны в современном мире художник представляет в своеобразном цветовом решении и с особым чутьем. Именно поэтому особой притягательностью отличаются, заставляют задуматься и табло «При свете красок», «Ирис», «Башня», «Импровизации на тему восточных миниатюр», основанные на традициях восточного изобразительного искусства, и картины «Подарок», «Вторжение», «Сатанинский цирк», «Свет надежды», отражающие отношение автора к различным темам. Работы художника, охватывающие самые различные темы и проблемы, несущие в себе большой эмоциональный заряд, можно охарактеризовать как изобразительные вопросы, адресованные нашему сложному и противоречивому веку. Философичность и гротеск, сказочные мотивы и реальность, мугамы и ковровые сюжеты - все это носители смысловой нагрузки в этой нескончаемой беседе художника со временем. Конечно, в этих работах мир не утратил своего истинного облика, но в них мы видим более глубокие пласты реальности в непривычной аналитической трактовке и красочной пластике.

Первая персональная выставка мастера в Баку, открытая при содействии Чингиза Айтматова, имела широкий резонанс, за ней последовал ряд выставок в других странах. В Дании, где живет его сын Хазри, был даже создан «Фонд Мирджавада». Художник был наконец удостоен давно уже заслуженного звания заслуженного деятеля искусств Азербайджана, о нем сняли документальный фильм. Но все это выглядело как запоздалые шаги. Удары, в свое время полученные художником от жизни, сделали свое дело…

 

Осень патриарха красок

 

Жарким июньским днем 1992 года Мирджавад Мирджавадов скончался в купе поезда Копенгаген - Москва после того, как навестил сына. Эта утрата и последовавшие за ней события стали большим ударом для его супруги Рубабы ханым, которая была в заметном смятении. Однако она все же помешала кремации тела, вынесенного с поезда на станции Брест, затем съездила в Москву за деньгами и добилась доставки покойного на родину в Баку в цинковом гробу и его похорон по мусульманскому обычаю.

При погребении мастера на Ясамальском кладбище присутствовали три-четыре человека - Мирджавад сам не хотел пышных похорон. Друзья и знакомые узнали о случившемся уже после похорон. Однако, как бы скромны и незаметны не были похороны Мирджавада Мирджавадова, своим наследием он однозначно завоевал бессмертие.

 

 

Зиядхан АЛИЕВ,

заслуженный деятель искусств, доктор философии по искусствоведению

Каспiй.-2015.- 29 июля.- С. 12.