Соло для бас-гитары

 

Руслан Гусейнов: Я вложил в свою композицию всю душу

 

Гость газеты «Каспiй» - известный в республике бас-гитарист Руслан Гусейнов - в беседе с нами рассказал о своей необычной композиции, об отношениях с коллегами и о кризисе, который сегодня переживает музыкальный мир.

 

- Как произошло ваше первое знакомство с миром музыки?

- Это случилось в раннем детстве. Поехал я как-то с отцом в Москву, и в гостинице мы случайно познакомились с гитаристом, который прибыл в столицу выступить на концерте. Меня заинтересовал его инструмент, захотелось потрогать его. Спросил у музыканта разрешения, и он, к моему удивлению, не отказал. Я попытался что-то наиграть. Он посмотрел на отца и сказал, что у меня хорошие пальцы, есть слух, и посоветовал отдать меня на музыку. По приезде в Баку мне купили гитару и записали в музыкальную школу. После ее окончания я поступил в музыкальное училище, на факультет эстрады и джаза, а затем - в Музыкальную академию, в класс классического контрабаса, поскольку там не было гитарного курса.

- А чем вы занялись по окончании учебы?

- Ну, еще в Музакадемии я познакомился с очень хорошим молодым пианистом Эмилем Ибрагимом, который предложил мне работать с ним. Сначала мы репетировали все свободное время, а затем стали вечерами играть в клубах. С Эмилем я проработал до самых последних его дней. К сожалению, его не стало...

Примерно в то же время, в годы учебы в академии, меня пригласили в группу «Раст», где я проработал более 10 лет.

- После распада «Раста» вы оставили музыку?

- Во-первых, группа «Раст» не распалась - просто сменила вокалистку. Я продолжал работать там, но все-таки был вынужден уйти из-за нехватки времени - очень много поездок и концертов было с другими музыкантами. Практически не было затишья, я все время оставался в музыке. Даже когда выступлений было мало или не было вообще, не расставался с музыкой.

- А когда вы начали писать музыку?

- Впервые я начал сочинять еще в музыкальном училище и на выпускном госэкзамене даже представил свою композицию под названием «Ты живешь». Она посвящена одному из моих любимых музыкантов - Рафику Бабаеву, с которым мне посчастливилось однажды встретиться и даже получить от него ценные советы. Эту композицию я еще раз сыграл на публике несколько лет тому назад, на юбилейном концерте, посвященном ему.

- Есть ли для вас разница, чьи произведения играть - собственного сочинения или других авторов?

- Нет, большой разницы нет. В джазовой музыке исполнитель не стремится передать настроение и чувства композитора, который создал эти произведения. Музыкант в любом случае исполняет так, как чувствует сам, он может позволить себе где-то изменить тему, что-то поменять в гармонии, в ритмической структуре. В джазе исполнитель сам является композитором, так как в этом жанре импровизация и есть композиция, создаваемая непосредственно во время исполнения.

- А как возникла идея создать композицию для бас-гитары - до вас ведь никто в Азербайджане не писал музыку для этого инструмента?

 

- Невозможно заставить себя писать музыку. Это происходит как-то само собой, естественно. В тот момент я просто сел за рояль, стал перебирать аккорды, и вдруг услышал мелодию, которую быстро воспроизвел на инструменте. Это была ностальгическая, романтичная тема, где-то даже драматичная. Я сразу представил, что она идеально подойдет для моего инструмента - fretless bass guitar (безладовая бас-гитара). Он очень певучий, может передать и плач человека, и вообще любое настроение. Так зародились первые такты моей композиции. Действительно, насколько я знаю, у нас в стране еще не писали конкретно для бас-гитары, это довелось сделать мне. Конечно, это не может не радовать, но и ответственность большая...

- Почему же до вас никто этого направления не освоил - не та музыка, которая интересна нашим композиторам?

- Ну, начнем с того, что в стране очень мало бас-гитаристов. Здесь этот инструмент является лишь аккомпанирующим, хотя в мире он давно стал равноправным членом ансамблей, как саксофон или гитара. Во-вторых, не все умеют писать музыку, сочинять. А в-третьих, думаю, это не очень востребованная здесь музыка, потому она мало кого интересует.

- Создание композиции заняло у вас два года…

- На то было несколько причин. Одна из них в том, что я часто занят работой, концертирую с музыкантами, выступаю в различных проектах. Это отнимает очень много времени и сил. А нынешним летом я почти не выступал, и появилось время заняться собственной композицией... Другая причина заключается в том, что я не был готов сыграть ее на том уровне, на каком вижу и чувствую ее. Пришлось изучать игру и записи импровизаций таких мастеров, как Alain Caron, Gary Willis. Мне не хотелось, чтобы моя вещь уступала в композиции или импровизации этим мастерам. К примеру, чтобы освоить одну из техник, которую я использовал в импровизации, понадобилось около трех месяцев, чтобы довести ее до кондиции. Я даже купил себе новый инструмент модели Gari Willis , чтобы она прозвучала должным образом. Вот почему это заняло так много времени. Могу с уверенностью сказать, что вложил в эту композицию всю душу.

- А исполнять ее планируете сами?

- Пока не знаю, честно говоря, как буду исполнять ее. Дело в том, что это электронная музыка, в ней присутствует много компьютерных эффектов и звуков. В этом и заключается сложность. У нас обычно используются акустические инструменты. Возможно, придется адаптироваться к ним или найти какой-то другой вариант.

- Эта композиция кому-то посвящена?

- Каждый человек, слушая музыку, представляет себе некий образ, прокручивает в голове какую-то историю. Это может быть рассказ о любви, жизни, смерти, вере... Каждый по-своему трактует мелодию. Одна знакомая написала мне, что слушала эту композицию несколько раз подряд сквозь слезы. Каждый воспринимает музыку так, как чувствует.

- У вас прекрасное чувство ритма, в то же время ваши партии очень мелодичны. Очевидный вопрос: что для вас первично - ритм или мелодика?

- Для любого басиста в первую очередь важнее чувство ритма. Но поскольку я когда-то играл на гитаре и еще могу исполнять на рояле, у меня неплохое знание гармонии. Мелодика и гармония - моя слабость. Работая со многими нашими джазовыми музыкантами, практически со всеми, у меня накопился достаточный опыт. Все дело в том, что когда я сочинял композицию, то сначала напевал ее, потому и тема получилась достаточно мелодичной. Вносил много поправок, постоянно что-то менял, мне все хотелось, чтобы стало лучше. Я продумал буквально все, работал над каждой деталью. Если кто послушает, можно заметить это: там присутствует две линии - вопрос и ответ, разговор двух лиц.

- Работая над одной композицией, авторы зачастую продумывают уже следующую

 

- Есть у меня одна заготовка. Я как-то начал писать, но так и не докончил. Это более ритмичная композиция. Думаю, допишу ее.

- Считаете ли вы свою жизнь удавшейся?

- Нет предела совершенству. Естественно, хочется достичь большего. Редко бывает, чтобы мне нравилась моя игра. Я знаю, что могу лучше. Если музыкант начинает в какой-то момент думать, что играет очень хорошо, конец саморазвитию. Но и для развития есть немало препятствий. У нас в стране очень мало хороших музыкантов, с которыми можно выступать, играть джем-сейшн. Можно заниматься индивидуально по 10 часов ежедневно, но если вечерами не с кем играть, оттачивать свое мастерство на практике, то все занятия сводятся на нет. Вторая причина, о которой многие наверняка слышали, - в Баку уже нет джаз-клуба, где могли бы собираться музыканты, репетировать, выступать. Хочется надеяться, что это временное явление и в ближайшем будущем в Баку появится новое место встречи джазменов.

- Что вы любите в своей работе и чего избегаете?

- Я просто люблю свою работу. Люблю, когда есть отдача со стороны слушателей, когда есть реакция на исполнителя. Это ведь очень важно. Если нет реакции, то и отдачи не будет. Игра музыканта напрямую зависит от настроения публики, от ее внимания, теплоты. Когда зрители заняты обсуждением бытовых проблем на выступлениях, когда их внимание сосредоточено на sms-переписке или когда слушатели в клубах сильно увлечены трапезой, невозможно выступать, выкладываясь по полной. Очень важно, чтобы публика с уважением относилась к музыкантам, на чье выступление пришла.

- Что вы думаете по поводу нынешнего креативного и финансового кризисов в музыкальной индустрии?

- Если говорить о популярной музыкальной индустрии, то все стало чересчур шаблонным, не хватает новых мелодий. Я считаю, что в любой песне должна присутствовать своя - яркая, узнаваемая - мелодия. А что касается джазовой музыки, то есть, конечно, исполнители, которые отличаются уровнем игры, новаторством, постоянным поиском. Но сейчас в джазе уже нет тех гигантов, как John Coltrane, Miles Davis, Herbie Hancock, Jaco Pastorius, которые перевернули музыку, придали ей новое дыхание…

А финансовый кризис настоящих музыкантов не должен останавливать.

- Вы общаетесь с коллегами из Баку или стараетесь держаться особняком? И вообще, есть ли дружба среди музыкантов?

- Конечно, общаюсь. И дружу. Как же без общения? Считаю, что джазовый музыкант не может не общаться с коллегами, тем более что нас единицы. Повторюсь: самое лучшее развитие - практика. То же касается и общения. Среди музыкантов оно обязательно должно присутствовать, и вовсе не обязательно говорить только о музыке.

К сожалению, встречаются у нас музыканты, которые очень быстро зазнаются, перестают общаться с теми, кого считают ниже себя по уровню, избегают встреч. Это происходит в момент популярности: о них часто говорят, пишут. Как только они начинают выступать с зарубежными исполнителями, сразу прекращают общение с местными. Это удручающий факт. Истинный музыкант не станет вести себя подобным образом. Я знал и знаю исполнителей с мировым именем, общался с ними, выступал. Они очень просты в общении, нет и намека на величие. Так и должно быть. Мастерство нужно демонстрировать на сцене.

 

Виктория ТРЕТЬЯКОВА

Каспiй.-2015. - 30 сентября.- С. 12.