Наедине с миром Узеир бека в его доме

 

Сардар Фараджев: Свет гения великого композитора всегда наполнял меня и давал силы…

 

НАСЛЕДИЕ

 

Всякий раз, когда я переступаю порог Дома-музея Узеир бека Гаджибейли, меня обуревает непонятное чувство трепета, вызванное чуть ли не физическим ощущением присутствия духа хозяина, вкусы, характер и привычки которого можно «прочитать» по простой обстановке, интерьеру, бесценным экспонатам, фотографиям и портретам. Даже воздух этих комнат напоен музыкой, силой творческого духа, воли и величия человеческого гения!

 

Неустанный хранитель Дома-музея, влюбленный в творчество Узеир бека Гаджибейли, человек, в течение нескольких десятилетий проводивший почти каждый день своей жизни в сакральном пространстве, где жил и творил великий композитор, досконально изучивший и вобравший в себя все его музыкальное, литературно-публицистическое и эпистолярное наследие, человек, знающий каждую ноту и букву, вышедших из-под пера хозяина этого дома, способный с максимальной точностью воспроизвести если не по дням, то, уж точно, по месяцам события жизни, мысли и чувства Узеир бека, непрестанный пропагандист его творчества и личности, - композитор Сардар Фараджев встретил меня в своем кабинете и рассказал об истории и деятельности Дома-музея.

 

Домик на улице Нижнеприютской

 

В этом дворике-«итальянке», в маленьких комнатках жило около 15 семей, а дом У.Гаджибейли, который он купил, состоял из четырех комнат. Хотя собственных детей у Узеир бека не было, на его иждивении состояли, кроме супруги Мелейки ханым, еще и мать, три брата и две сестры со своими семьями. Узеир бек был истинно благородным, волевым и великодушным человеком, в самые трудные моменты жизни он не позволял себе жаловаться, сникать или проявлять недовольство. В письмах Джейхуна Узеиру, когда тот учился в Петербургской консерватории, брат писал, что они уже несколько дней сидят без денег… Узеир же писал Муслиму Магомаеву, что по приезде домой он передаст ему все полученные в консерватории знания, и тогда они смогут по-настоящему писать музыку и обучать других...

 

- Композиторство не ограни­чивается одним лишь музыкальным талантом. Здесь важны и образование, и труд, и условия, - продолжает Сардар муаллим. - Заработанные Узеир беком деньги предназначались не для покупки недвижимости или драгоценностей - он собирал их для учебы и помощи близким. Его действия и поступки раскрывают величие и масштаб его личности, это был воистину святой человек, щедрость которого не знала границ. Заметьте, он еще студент, а на нем такая ответственность - содержание огромной семьи, оплата за проживание, учебу… Настоящее благодеяние - это когда не ждешь просьб о помощи и не говоришь никому о том, кому ты помог.

 

Роль лидера и его планы

 

В 1975 году, когда к 90-летию композитора открылся его Дом-музей, наш общенациональный лидер Гейдар Алиев на церемонии открытия сказал, что Узеир беку здесь очень тесно, и надо расширить площадь музея. Жителей соседних домов переселили, но полностью обустроить эти строения не получилось. Комнаты, где жил композитор, были приведены в надлежащий вид уже при Президенте Ильхаме Алиеве, который к 120-летию Узеир бека издал указ о капитальном ремонте Дома-музея и успешно продолжил начатое отцом дело. Его фотографии в знак благодарности украшают парадный вход музея, где в правом крыле нас также встречают фотографии, свидетельствующие об историческом посещении Гейдаром Алиевым Дома-музея. Гейдар Алиев поручил не ограничиваться лишь дополнительной пристройкой музея. Он планировал освободить окружающую территорию от старых домов, жителей переселить и разбить вокруг чудесный парк, в котором будут стоять скульптуры героев оперетт и опер композитора, создав таким образом Центр Узеира Гаджибейли с концертным салоном, залом для конференций, библиотекой и т.д. В одном этом вопросе мы видим огромную любовь и преданность нашего лидера своей земле и ее гениям. Конечно, мы страстно мечтаем о том, чтобы вокруг Дома-музея был заложен парк и создан Международный центр Узеира Гаджибейли, и видим в этом свой патриотический долг.

 

Магия дома Узеир бека

 

Многие, попадая в этот дом, признаются в необыкновенных ощущениях умиротворения, покоя и гармонии, которые наполняют их изнутри. Дух Узеир бека очищает и возвышает всякого, кто переступает порог его дома…Когда я впервые очутился здесь, у меня было такое ощущение, словно я попал на необитаемый остров, - настолько здесь было тихо и веяло покоем старины, хотя дом находится в самом центре города. Магия этого пространства захватила меня - портреты и фотографии Узеир бека, библиотека, убранство комнат, рукописи… Свет любви и гения Узеир бека всегда наполнял меня и давал силы.

 

Создатель музея и первый директор

 

Рамазан Халилов - журналист, первый директор музея систематизировал все экспонаты, привел в порядок документы, ноты. Я запомнил его как преданного и любящего Узеир бека человека. Для него было важно, чтобы человек, собирающийся здесь работать, был предан Азербайджану и любил свой народ, его культуру, музыку, язык.

 

При приеме меня на работу он задавал наводящие вопросы, чтобы узнать мое отношение к тому или иному вопросу, личности, произведению. Рамазан Гамзатович постепенно поверил в меня и начал давать мне незаконченные, неизданные и неизвестные рукописные произведения Узеир бека. Он был нашим учителем в узеироведении и одним из организаторов создания энциклопедии Узеира Гаджибейли (1995 г.).

 

Работа в музее

 

Представьте, ноты знаменитой оперетты «Не та, так эта» не были изданы, рукопись музыкальной комедии «Муж и жена» была утеряна. Мы восстановили многие произведения Узеир бека и издали их в великолепном проекте Фонда Гейдара Алиева «Мир Узеира» в 2010 году. Всего почти двадцать книг, к которым я написал вступительные, исследовательские и аналитические статьи. Энциклопедию композитора, в первом издании которой более тридцати моих статей, мы дополнили и переиздали с помощью Фонда Гейдара Алиева в 2000 году. В этом собрании все, что вышло из-под пера Узеир бека, в том числе, «Национальный марш», над которым я работал и опубликовал в 1989 году статью и его ноты в газете «Эдебиййет и инджесэнет». Одноголосное изложение «Национального марша» У.Гаджибейли, изданного в Турции в 1966 году Этемом Унгером в сборнике «100 тюркских маршей», я переложил для оркестра и хора, и в 1991-92 гг. обратился к последнему представителю династии Гаджибейли, сыну Солтана Гаджибейли Исмаилу. Мы с ним почти бегом отправились в звукозаписывающую студию на улице Фиолетова, где он прослушал его в магнитофонном звучании, запись которой я сделал. Эту трехминутную музыку Исмаил и Айдын Азимов прослушали несколько раз, каждый раз повторяя и даже требуя: еще раз! У Исмаила из глаз текли слезы…

 

Он слышал потерянную музыку брата своего деда, потом крепко обнял меня и поблагодарил. Он-то знал цену этой музыке, ведь Исмаил занимался восстановлением незавершенной и утерянной оперы Узеир бека «Фируза». Он сам мне говорил, что написал 90 минут чистой музыки, которую собирался мне показать, но его внезапная смерть оборвала все его планы. Композитор должен писать, не думая ни о чем, и творить, а история, рано или поздно, даст заслуженную оценку. Написанное сочинение должно звучать, его должна услышать публика. В то время Исмаил тянул с представлением нам этой музыки, и нам было интересно, как он работал, как написал, потому что фрагменты этой оперы, принадлежащие Узеир беку, отличались от остальных его произведений по своей стилистике и звучанию. Когда композитор пишет музыку, прежде всего и больше всего он ожидает ее исполнения, все остальные соображения отодвигаются на дальний план, и потому вся прогрессивная музыкальная общественность ждет того дня, когда эта музыка, пронизанная гаджибековской любовью, зазвучит во весь голос! Композитор Айдын Азимов аранжировал марш Узеир бека «Азербайджан», который сейчас звучит как Национальный гимн страны. Я же оркестровал другой марш У.Гаджибейли - «Национальный», дописал многие незавершенные вещи композитора.

 

Оперу «Шейх Санан» никто не слышал, она считалась утерянной. Мы нашли ее либретто и три музыкальных фрагмента, отредактировали и передали их хоровой капелле и симфоническому оркестру. Восстановленные фрагменты впервые прозвучали в 2012 году на фестивале У.Гаджибейли. Слушатели со слезами на глазах обнимали, благодарили и поздравляли меня… Фонд Гейдара Алиева издал сборник «У.Гаджибейли: статьи, эссе и архивные материалы» под редакцией профессора Аиды Тагизаде, куда вошли статьи 20 авторов, а также фундаментальное научное исследование вашего покорного слуги на 20 страницах. В этих книгах мне довелось выступить в качестве автора и составителя, исследовав грандиозный по масштабу и значимости архивно-рукописный материал.

 

- Знаете, - говорит задумчиво Сардар муаллим, - разбирать и анализировать музыку нужно… пальцами, нужно прикасаться к ней физически, лишь потом провести ее через слух, ум и знания. Сеид Азим Ширвани сказал: «Açma оl pərdəni, hər pərdədə var min əsrar!» Завесу тайн нужно открывать руками, осторожно притрагиваясь к ней пальцами!

 

Юбилей

 

9 декабря в филармонии в связи с юбилеем состоялся концерт, где были исполнены мои произведения. Программа вечера была весьма насыщенной, прозвучало 9 симфонических произведений, большинство из которых были написаны не по государственному или чьему-то заказу, а рождены под воздействием вдохновенных импульсов, исходящих из самого дорогого мне дома в Баку. Некоторые произведения были исполнены впервые, и прозвучавшие аплодисменты адресовались автору…

 

Личный вклад в возрождение музыки Узеира

 

Сардар Фараджев работает в Доме-музее с 1984 года, но руководит им 13 лет. За все эти годы им была проделана колоссальнейшая работа по многим направлениям. Были отредактированы, систематизированы, составлены истории написания каждого произведения - особенности, анализ, подготовка партитур, клавиров - проделана большая работа научного характера по всем опубликованным изданиям сочинений Узеир бека Гаджибейли. Некоторых рукописей произведений не было вообще, имелись только переписанные кем-то варианты сочинений, но и они требовали серьезной и грамотной доработки. Например, в некоторых произведениях были несоответствия тональностей вокалу, отдельным инструментам симфонического оркестра, и в силу композиторских знаний этих тонкостей и собственного опыта приходилось менять, скажем, тональность соль мажор на ми бемоль мажор, потому что духовые инструменты, скажем, очень красиво звучат при бемольных тональностях, труба в них вообще звенит. Принималось во внимание и количество музыкантов в оркестре, - кого-то надо было выделить вперед, какой-то инструмент - приглушить. Например, хор в сочинении Узеир бека писался для одного голоса, пришлось разложить его многоголосно - для двух женских и двух мужских голосов. Т.е. редактирование музыкального произведения включает в себя такой грандиозный масштаб работ, который способен осуществить только композитор.

 

Эту работу до С.Фараджева никто из директоров проделать не мог просто потому, что никто из них не был музыкантом и тем более - композитором. В партитуры оперетт Узеир бека включены его фотографии на момент написания конкретного произведения, либретто, иллюстрации, четкое распределение по голосам, инструментам, т.е. все, что прямо или косвенно имеет к этому сочинению отношение, причем на всех изданиях пишется авторство Дома-музея, чего доселе в истории музея не было никогда.

 

Творчество

 

Сардар муаллиму достаточно максимум двух месяцев, чтобы написать блестящую диссертацию, хотя все его исследования тянут на не один научный труд, но человеку, живущему в орбите магической энергетики столь притягательной личности, внешние регалии, почести и помпа - пустой звук. Он получает невероятное наслаждение от самого творческого процесса, от соприкосновения с прекраснейшим миром духовности и человечности Узеир бека и его гениальной музыки, от создания новой музыки, в которой находят отражение не только его собственный мир, но и тот, в котором он черпает свежие силы, новые идеи и слышит новые созвучия.

 

Он - композитор, и его миссия заключается в создании музыки, но он еще и исследователь, который должен вскрывать все новые свидетельства и факты. Не раз было так, когда музыковеды считали какое-то произведение Узеир бека или его часть несуществующими или пропавшими, и это мнение тиражировалось остальными поколениями теоретиков, но никто не удосуживался проверить это утверждение и основательно поискать. Очевидными фактами и обоснованными аргументами Сардару Фараджеву удалось опровергнуть многие профессионально устоявшиеся мнения теоретиков, и именно этим он гордится!

 

…Мы прощались у дверей дома Узеир бека, пронизанного теплом, человеколюбием и… вечностью, и Сардар муаллим напоследок, почти шепотом, произнес:

 

- Когда звучит имя Узеир бека, у меня трепещет сердце в груди... Это был истинно святой человек, и яркое тому свидетельство - его жизнь, поступки, деяния. Ученица Узеир бека Ругия Рзаева - сестра композитора Агабаджи Рзаевой, в своих воспоминаниях рассказывала, что когда они поздравляли Узеир бека с 55-летним юбилеем, композитор грустно заметил: пророк Мухаммед (с.а.с.) покинул этот бренный мир в 63-летнем возрасте… Самое шокирующее заключалось в том, что он знал, что отойдет в мир иной в возрасте великого пророка ислама!..

 

Узеир бек создал национальную музыкальную культуру во всех ее сферах - образовании, театре, науке, литературе и т.д. О его невероятной щедрости и абсолютном бескорыстии ходят легенды. Его донельзя простой и скромный образ жизни был переполнен духовностью, неземным величием и служением людям!

 

Афет ИСЛАМ

Каспiй.-2017.- 28 декабря.- С.12-13.