Секреты мастерства

 

Али Амирли: Главный мой учитель - бесконечная любовь к театру

 

Али Амирли - писатель-драматург, заведующий кафедрой Азербайджанского государственного университета культуры и искусства, профессор, заслуженный деятель искусств Азербайджана, автор более 30 пьес и десяти сборников, в которые вошли рассказы, повести и романы.

 

Его послужной список довольно велик: с 1981 года он является членом Союза писателей Азербайджана, с 2003-го - член Союза театральных деятелей Азербайджана. В 2000 году удостоен международной награды Humay İlahəsi, в 2015-м - почетного звания «Заслуженный деятель искусств Азербайджана». С 1999 года занимается и педагогической деятельностью.

 

Сегодня драматург Али Амирли, имеющий в своем арсенале постановки в театрах, победы в драматургических конкурсах, участие в лабораториях и фестивалях, делится своим опытом, раскрывая секреты мастерства, дает советы начинающим драматургам, рассказывает о своем пути в профессии.

 

- Без какого события в жизни вы никогда не стали бы драматургом?

 

- На этот вопрос можно отвечать долго, но постараюсь быть кратким. Я родился в семье, близкой к театру. Театр я любил с самого детства, и эта любовь сопровождает меня всю жизнь. Однако, чтобы стать драматургом, этого мало. Надо по меньшей мере иметь талант, работать над тем, чтобы развивать его, и писать каждый день - это должно стать жизненной потребностью.

 

- Какие свои пьесы вы считаете удачными, а какие - нет?

 

- У меня более 30 пьес, и все они были поставлены в театрах. Среди них есть такие, которые выдержали по 20 премьер. Каждая из них принесла мне аплодисменты, радость и даже успех, поэтому не хотелось бы делить их на удачные или не очень, несмотря на то, что среди них есть и любимые, и совсем не любимые. Но не стану перечислять их. Кстати, среди пьес, которыми я недоволен, есть те, что завоевали любовь большой зрительской аудитории.

Могу перечислить некоторые любимые мои детища: «Старый дом», «Спустя 20 лет», «Богатая женщина», «Меценат», посвященная Гаджи Зейналабдину Тагиеву. Эта пьеса с успехом шла на сцене Академического национального драматического театра, а также «Шах Каджар», «Нури-диде Джейхун», «Ах, этот долгий путь любви». На этом, пожалуй, остановлюсь, а то список получится слишком длинным...

 

- Есть ли в вашей жизни учитель, повлиявший на вашу судьбу?

 

- Хотя у меня есть любимые драматурги, у которых я многому научился, назвать кого-то своим учителем не могу. Главный мой учитель - бесконечная любовь к театру. Она и привела меня к драматургии.

 

- Какие книги по драматургическому мастерству являются настольными для вас?

 

- Я более 20 лет преподаю драматургию и сценарное мастерство в Университете культуры и искусства, заведую кафедрой, имею звание профессора. А значит, по долгу службы постоянно читаю литературу по драматургии театра и кино и даже написал несколько учебных пособий на основе трудов зарубежных специалистов. Одно из них - «Драматургия и сценарное мастерство», объем - 550 страниц. Эти книги, безусловно, помогли мне познать секреты драматургии и применять их в творчестве.

 

- Насколько важна для вас обстановка - как выглядит ваше рабочее место?

 

- На одной из моих лекций зашел разговор о лаборатории писателя. Если раньше там непременно присутствовали книги, письменный стол, бумага и ручка, то сейчас им на смену пришли компьютер и интернет. Сегодня нет нужды подходить к шкафу с книгами. Я уже десять лет не заглядываю в Большой энциклопедический словарь, который когда-то приобрел, как раньше говорили, «по знакомству». Однако словарь и книжные шкафы, рабочий стол, компьютер и часы, которые отбивают время каждые полчаса, - все вместе это составляет декорацию привычной обстановки, комфорт, который помогает мне писать. Я не могу работать, где придется, да и не хочу.

В последнее время новое сочинение я начинаю в июле-августе, поскольку это для меня период, когда не остается повода, чтобы не писать.

 

- Прорабатываете ли вы предварительно структуру пьесы или сразу начинаете писать?

 

- Пока у меня не готовы полная модель, структура пьесы, я не могу ее начать. Как только приступаю к самому процессу, оживают персонажи. Это настоящее таинство. Я вижу, чувствую, как они зарождаются: как и положено живым людям, они растут и формируются, а затем наполняются смыслом и содержанием, я слышу их голоса и, наконец, люблю их отеческой любовью. Если этой любви не возникло, не будет и хорошего произведения.

Как сказал Шекспир, сильные мужчины рождаются от большой любви и страсти. Последующий этап касается проверки конструкции готового произведения - подправляю шероховатости. Это долгий, но весьма интересный процесс.

 

- А кто является первым читателем новой пьесы? Советуетесь ли вы с кем-нибудь в процессе написания?

 

- Первым читателем, вернее, слушателем и даже зрителем является моя супруга. Без ее одобрения пьесу не передам ни одному театру. Ее оценка для меня - как лакмусовая бумага.

 

- Как вы относитесь к критике - помогает она или мешает?

 

- Если скажу, что люблю критику, будет неискренне. Не люблю ни дилетантской похвалы, ни непрофессиональной критики. Независимо от содержания статьи никогда не звоню авторам - считаю, что каждый делает свое дело. Тем более, что даже самая конструктивная критика не может повлиять на качество моей драматургии. Я пишу, как умею, а не как они хотят. Если бы критика могла как-то влиять на драматургию, то театроведы, которые лучше меня знают ее каноны, сами писали бы хорошие пьесы.

Для меня гораздо важнее вкус и реакция моих зрителей, я должен ориентироваться на них. При этом следует признаться, что не совсем равнодушен к высокопрофессиональной критике. Но о депрессии тут и речи быть не может.

 

- Новый драматургический язык уже найден? В какую сторону движутся поиски, и кого вы считаете идущим в авангарде?

 

- Театр меняется, как, впрочем, и сам мир. Обновляется и его основной компонент - драматургия. Насколько мне известно, современные театры избегают слов, все более стараясь усовершенствовать пластику, трюки. Иногда альтернативные театральные формы превалируют над традиционными. Эта тенденция отмечается и у нас. Особенно в частных театрах, которые, сплотившись вокруг одного лидера и подражая современным мировым тенденциям, пытаются создать собственную театральную эстетику. И порой небезуспешно. Я посещаю их, хотя и нерегулярно. Некоторые спектакли мне нравятся, однако, признаюсь, это не мой театр.

 

- Можно ли зарабатывать на жизнь только написанием пьес?

 

- Я почти не встречал коллег, которые зарабатывают этим. На заре своего творчества я совсем не думал о гонорарах. И правильно делал, разочарование было бы неописуемым. К сожалению, наша реальность такова, что на гонорары от художественного творчества нельзя не только прокормить семью, но даже самого себя. Даже драматург, пьесы которого не сходят со сцены, вынужден иметь постоянное место работы со стабильным доходом.

За 50 лет через все мое творчество - пьесы, романы, повести, независимо от жанра и вида, - красной нитью проходят доброжелательность и искренность. В своих пьесах я стараюсь избегать жестокости, сцен, унижающих человеческое достоинство.

Что же касается планов, то в этом году думаю завершить две пьесы, которые по определенным причинам остались незаконченными. Также готовлю к изданию учебное пособие «Экранизация и инсценировка».

 

- Спасибо за интересную беседу. Дальнейших творческих успехов вам.

 

Салиха АЛИЕВА

Каспiй.-2020.- 14 марта.- С.13.